Повторный рост заболеваемости, к сожалению, прогнозируют большинство специалистов. Разница лишь в оценке того, насколько тяжело население перенесёт новый пик коронавируса, на сколько распространён будет стадной иммунитет. Очевидно лишь, что с новой волной нас ждут новые ограничения. Полученный весной уникальный опыт даёт возможность рассмотреть и исправить допущенные юридические ошибки. А сделать это необходимо, потому что из-за юридических коллизий возникают вполне реальные проблемы.

Очень длинное правосудие

В конце июня в кафе «Сергиевская кухмистерская» пришёл необычный клиент. «Первый удар на себя приняли официантки, потом уже подошёл я. Молодой человек, пожаловался, что мы отказываемся ему оказать услугу, — описывает происходившее Кирилл Дёмин, управляющий кафе. — Я ответил, что мы очень хотим её оказать, но сначала необходимо измерить температуру бесконтактным термометром и обработать руки антисептиком (требования Роспотребнадзора. — Ред.)». После этого мужчина заявил, что будет использовать свой градусник, сославшись на якобы имеющееся у него онкологическое заболевание и недопустимость применения к нему какого-либо излучения. При этом всё происходившее он снимал на смартфон. Получив отказ (работники заведения не вправе доверять градуснику посетителя, потому что неизвестно, исправен ли он), молодой человек достал толстую папку с постановлениями губернатора и написал жалобу, а после (буквально спустя пять минут после конфликта) вернулся с распечатанной на бланке досудебной претензией со всеми вписанными расчётными счетами и требование возместить ему моральный ущерб, который он оценил в 50 000 рублей. Рестораторы теперь ожидают искового заявления за «отказ в обслуживании».

В 50 тыс. рублей оценил свой моральный ущерб посетитель кафе «Кухмистерская» после отказа измерить температуру бесконтактным градусником

Ситуация напоминает то ли комический скетч, то ли тривиальное мошенничество, но она не уникальная. В сети существует множество юридических ресурсов, которые во время режима повышенной готовности предлагали свои услуги по оспариванию штрафов за нарушение масочного или другого режима. Они же выкладывают в свободный доступ бланки досудебных претензий, заявлений о вымогательстве в отношении того, кто спрашивает про средства защиты (если у вас их нет, опять же, по закону вам обязаны предложить приобрести или применить бесплатно и уже только после этого отказывать) — пользоваться этим могут как идейные ковид-диссиденты, так и вымогатели.

Возможность такого сюра породило само законодательство: все вышеописанные ресурсы напирают на противоречие регионального и федерального документов. Вот цитата одной из статей на тему: «Продажа товаров регулируется гражданским законодательством, находящимся в исключительном ведении Российской Федерации, а не её субъектов. (п.«о» ст. 71 Конституции РФ; ч. 2 ст. 3 ГК РФ). Законы и иные нормативные правовые акты субъектов Российской Федерации, а также указы глав субъектов Федерации не могут противоречить федеральным законам (ч. 5 ст. 76 Конституции РФ). В случае противоречия между федеральным законом и иным актом, изданным в Российской Федерации, действует федеральный закон (ч. 5 ст. 76 Конституции РФ)». То есть позиция такая: права потребителя прописаны в федеральном законе, любые ограничения — в региональном, значит, первое должно превалировать.

По факту же есть указ президента № 316 (то есть общероссийский документ), передающий полномочия по введению ограничений губернаторам. К тому же есть разъяснения Роспотребнадзора, согласно которым отказ от обслуживания в подобной ситуации «отвечает принципу разумности поведения участников гражданских правоотношений и не имеет признаков необоснованного уклонения от заключения публичного договора, каковым является договор розничной купли-продажи».

То есть проблема не столько в противоречии, сколько в длинной и запутанной юридической цепочке. Понятно, что в правомерности претензий должен разбирать суд (в подавляющем большинстве случаев он встаёт на сторону ответчика), но сколько историй закончится на стадиии «досудебного решения конфликта»?

Укоротить эту цепочку — необходимая задача до наступления второй волны. Например, введением отдельного закона для «режима повышенной готовности» (сейчас он вписан в отдельные статьи ФЗ № 68 «О защите населения и территорий от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера» от 21.12.1994), раз уж режим «чрезвычайного положения» властям кажется слишком жёстким для подобных ситуаций. Причём такой закон не исключает корректировки на местах: например, у каждого региона есть свои дополнения в КОАП.

У вас что-то на лице

Очевидно, что всем пригодилась бы и унификация предусмотренных в законодательных актах обязательных средств защиты. Не будем спорить, нужен ли масочный режим, но, если уж его вводят, он должен быть эффективным.

Возьмём маски как самый распространённый обязательный аксессуар в условиях пандемии. Понятно, как должны выглядеть и каким требованиям отвечать медицинские маски, но почти во всех региональных постановлениях, где вводился масочный режим, есть лишь слово «маска», без уточнений. Это, конечно, породило отдельную специфическую индустрию рукоделия, но вряд ли помогло замедлению распространения заболевания. Например, ставшие популярными неопреновые изделия на сайте стопкоронавирус.рф упоминаются вот так: «Даже внушительно выглядящие маски из толстого неопрена (синтетического каучука) или маски с «богатыми ионами» медными волокнами от вирусов не спасают. Неопрен используется в медицине, но в качестве материала для изготовления ортопедических изделий — везде, где требуется фиксация и поддержка проблемных участков тела, а также в спортивной медицине для восстановительного лечения. То есть неопреновая маска вам понадобится, если вы восстанавливаетесь после перелома челюсти».

Попытка введения единого стандартра уже была сделана, но очень странным путём. Госдума приняла закон, запрещающий производство медицинских масок без лицензии, но, опять же «медицинских», да и прожил он не больше пары дней, вскоре благополучно «заморозившись».

Логичным тут выглядит ужесточение требований к самим маскам (просто внесением слова «медицинская» или же разработке другого ГОСТа) и при этом смягчение штрафов или хотя бы практики их применения. Например, как это было сделано в нескольких европейских государствах: при первом нарушении человек получает не санкцию, а упаковку обязательной защиты и только после этого наказание за отказ её носить.

Немного жизни

Применимость установленных правил на практике — это то, что реально должны проанализировать законодатели. Например, реализация масочного режима в общественном транспорте: если бы всё делалось строго по предписаниям, на входе в автобусы и в метро создавались бы километровые пробки. Что, кстати, и случилось в первые дни.

Такие же логические разрывы есть и в других сферах: в частности, с началом работы строительных и других магазинов ещё на первом этапе снятия ограничений возникали вопросы по такой мере, как обязательная установка камер наблюдения, причём с онлайн-трансляцией (не ясно куда и зачем).

Возможно, стоит учесть реалии при выдаче последующих рекомендаций и обязательств для граждан. В конце концов, весной решения принимались в особом режиме и объективно без точного понимания, как это сработает на практике. Теперь, пусть и к сожалению, горький опыт есть, так пусть он будет полезен.

Иннокентий Майоров