В каких условиях живут заключённые следственного изолятора № 8, расположенного в Сергиевом Посаде, чем их кормят и как наказывают за нарушение дисциплины? Об этом на брифинге по случаю юбилея уголовно-исполнительной системы России, которая 12 марта отметила 140 лет со дня образования, рассказал начальник СИЗО Леонид Силивестров. Для сергиевопосадских журналистов провели экскурсию по камерам, коридорам и другим помещениям изолятора, скрытым от глаз горожан. 


Замок, но тюремный 

Проходя по коридорам СИЗО, невозможно не отметить литую металлическую лестницу и полукруглые каменные своды. Сергиевопосадский изолятор — один из старейших в Московской области, основное здание построено в 1872 году, на семь лет раньше, чем в России сформировалась система исполнения наказаний. Изначально это был перевалочный пункт — этап, где на ночлег оставляли заключённых, которых вели в тюрьму города Владимира. 

Нынешнее руководство СИЗО историю здания уважает и старается сохранить. До 2001 года, например, в учреждении можно было увидеть и фрагменты старинных стен, покрытые плесенью, и пугающего вида камеры с открытым туалетом посередине. «Чтобы зайти в коридор, нужно было сначала топнуть ногой — отпугнуть крыс. А их здесь бегало столько, что они кусали и заключённых, и сотрудников», — рассказывает Леонид Силивестров
За последние время в здание СИЗО провели канализацию, сделали ремонт в коридорах и камерах — теперь справлять нужду люди могут не на глазах у сокамерников, а в закутке. 

 

В каждой камере есть телевизор. То, что он работает, убедились лично, заглянув через специальное отверстие, которое позволяет инспектору следить за ситуацией в помещении. Через этот же глазок мы заметили, что на столе у заключённых лежат шахматы и нарды — такой комплект есть в каждой камере. В той, куда заглянули мы, на данный момент содержится около 20 человек. Раньше в ней могли находиться до 100 заключённых, а в целом в СИЗО до 1200 человек (сейчас — меньше 300). «Как же они спали?», — дружно спросили журналисты у женщины-инспектора. «По очереди, в три смены, — ответила инспектор, наблюдая за моим взглядом, который остановился на вертикальной железной трубе, приваренной сбоку от двери, — сюда мы обязаны бросить ключи от выхода из коридора в случае, если кто-то из заключённых попытается сбежать». 
Коллектив сотрудников следственного изолятора почти наполовину состоит из женщин. Они трудятся в бухгалтерии, отделе кадров, на досмотре, в пропускной системе, есть и женщины-инспектора. 

Мы заметили, что несколько фотографий молодых женщин в форме закреплены на «доске позора» при входе в СИЗО, под снимками надпись: «Они предали…». Леонид Николаевич рассказывает, что у сотрудников системы исполнения наказаний много соблазнов. Женщины, помимо того что могут польститься на деньги в обмен на передачу телефона, письма или информации, «развешивают уши», влюбляются и нарушают закон уже по любви. В таких случаях сотрудники СИЗО и сами могут оказаться за решёткой. «Работа сложная в моральном плане. Многие не выдерживают даже трёхмесячного испытательного срока и уходят, поэтому кадры нам нужны всегда», — рассказывает Леонид Силивестров.


О пище и не только духовной 

С коллективом сотрудников работают психологи, они же помогают вновь прибывшим заключённым. В СИЗО № 8 содержатся только мужчины, для женщин предусмотрены отдельные заведения аналогичного профиля. Большинство арестантов задерживаются здесь не слишком надолго: если приговор обвинительный, их отправляют отбывать наказание в колонию, если оправдательный или условный — отпускают домой. Есть и часть заключённых, которые отбывают недолгий срок наказания здесь, они работают в котельной или на кухне. 
По пути в пищеблок Леонид Николаевич рассказывает, как раньше некоторые переходы затапливало водой по колено, поэтому пришлось все электрические счётчики поднять наверх и установить насос для откачки.

На кухне работают повара-заключённые, кто-то освоил это ремесло уже в процессе, а вот Евгений и сам по образованию повар, здесь он отбывает наказание. «Меню у нас повторяется раз в две недели, никаких консервов мы не используем, готовим из мяса и рыбы», — в подтверждение своих слов начальник изолятора демонстрирует отдельную комнату для сырого мяса и рыбы, а также духовые шкафы для запекания. Своей очереди здесь уже ждала рыба, именно её в этот день подавали на ужин. На территории есть и своя пекарня. 

Но, как говорится, «не хлебом единым жив человек», духовная пища в этом месте в особом почёте. Храм в изоляторе находился с самого его основания с 1872 года, а своё второе рождение он получил в конце 1980-х годов. Настоятель тюремного храма — архимандрит Трифон. На службах, которые проходят раз в неделю, здесь стоят рядом и заключённые, и сотрудники. Главная икона — образ Божьей Матери «Утоли моя печали». Три раза в неделю батюшка проводит исповеди. Многие заключённые именно здесь проходят обряд крещения, был случай, когда мусульманин поменял свою веру на православную. 

Отвлечься от хмурых мыслей заключённым помогают книги: в СИЗО есть своя библиотека. Чтение — единственное доступное развлечение для тех, кто нарушил внутренний порядок. Провинившихся сажают в «одиночку» — маленькую камеру, где кровать можно разложить только после отбоя, а в остальное время приходится сидеть на железном табурете или стоять. Неделя такого наказания — и вести себя плохо больше не захочется. 

Любовь не знает препятствий

Настоящей любви нет преград. С начала года в изоляторе женили трёх заключённых, свадьбы для сергиевпосадского СИЗО не редкость, и руководство им не препятствует. 
Влюблённые же решаются на такую экзотическую регистрацию брака в основном по одной причине — после регистрации брака возможны длительные свидания. 

Комнаты для свиданий в СИЗО не хуже, чем в недорогой гостинице — отдельные с двуспальными кроватями. Шкаф, душ, туалет и кухня — общие. Длительное свидание рассчитано на три дня. Мамы и папы проводят на таком свидании не больше суток, жёны же, конечно, используют все три дня. «Планируем обустроить здесь и детскую комнату, бывает, что жёны приезжают на свидания с детьми. Поддержание социальных связей важно для заключённых», — делится планами начальник следственного изолятора. 
В любом случае, какими бы хорошими, на первый взгляд, не были условия содержания в следственном изоляторе, нарушая Уголовный кодекс, человек лишается главного — свободы. 


Евгения Кинтушева 
Фото Сергея Семенькова