Первый день лета официально закреплён за детьми, но защита детей не ограничивается одним днём в календаре. Она охватывает буквально всё: право, медицину, образование, городскую среду. Защита перекочевала даже… в литературу. Рассказываем, какие книги теперь под запретом для подростков и детей, рассуждаем, адекватны ли такие меры защиты, а также где можно проверить — что можно и нужно читать.
МАРКИРОВКА И ЕЁ «ПОБОЧНЫЙ ЭФФЕКТ»
1 марта 2026 года вступили в силу поправки к Закону «О наркотических средствах и психотропных веществах». Любая книга, где упоминаются запрещённые вещества (даже если это «оправданная жанром неотъемлемая часть художественного замысла»), теперь обязана носить предупреждающую маркировку. То есть, получается, прощай «Волшебник изумрудного города» с его маковым полем?
Парадокс заключается в том, что маркировка, призванная отпугнуть, на практике привлекает внимание. Подросток, который пролистал бы книгу без всякого интереса, увидев крупное предупреждение, скорее всего задержится: «А что там такое, раз на это надо так серьёзно указывать?» Вместо фильтра получается индикатор, который выделяет книгу из ряда других. Родитель, берущий такое издание для ребёнка, тоже может испытать тревогу — а правильно ли я делаю? Не наврежу ли? При этом само содержание может быть совершенно безобидным или, напротив, глубоко антинаркотическим по посылу. Но маркировка не различает контекстов — она фиксирует лишь факт упоминания.
Исключение сделали только для изданий, вышедших до 1 августа 1990 года, и для специальной медицинской литературы. Список обновляется. Данные можно уточнить по ссылке https://bookunion.ru/media/books/spisol-po-markirovke.xlsx
QR БИБЛИОТЕКИ И МАГАЗИНЫ: МЕЖДУ ФОНДОМ И ШТРАФАМИ
Самый большой удар приходится на библиотеки и книжные магазины. У них нет права выбора: если книга содержит соответствующие упоминания и издана после 1 августа 1990 года, она должна быть промаркирована. В противном случае распространение такого произведения становится административным правонарушением.
Статья 6.13 КоАП РФ предусматривает: для граждан: штраф 2000 — 4000 рублей с конфискацией продукции; для должностных лиц: 10 000 — 30 000 рублей с конфискацией; для индивидуальных предпринимателей: 10 000 — 30 000 рублей с конфискацией; для юридических лиц: 300 000 — 600 000 рублей с конфискацией
Для небольшой районной библиотеки или независимого книжного магазина 600 тысяч — это катастрофическая сумма. А конфискация книг означает не только финансовые потери, но и дыру в фонде. Сейчас библиотекам нужно проверить весь открытый доступ — от взрослых отделов до подростковых стеллажей, выявить все экземпляры, подпадающие под требования. Наши сергиевопосадские библиотеки как раз сейчас этим и занимаются.
Наклеить на них предупреждающие знаки или текстовые сообщения. Где-то это делает штатный сотрудник, где-то привлекают волонтёров. Процесс трудоёмкий и дорогой. Ещё сложнее с книгами, которые уже на руках у читателей: их придётся возвращать, маркировать и выдавать снова. Магазины, в свою очередь, вынуждены либо отказываться от части ассортимента, либо вручную маркировать каждое проблемное издание перед продажей.
Кстати, существует таблица — перечень произведений, которые требуют маркировки. Туда попадают книги, в которых модераторы или алгоритмы искусственного интеллекта обнаружили упоминания о запрещённых веществах
На первых порах в таблице оказались рассказы о Шерлоке Холмсе, «Портрет Дориана Грея» и даже цикл Макса Фрая «Лабиринты Ехо». Потом перечень начали редактировать, вычёркивая пункт за пунктом.
Формально процедура запущена, классика угодила под критерии, но последующая корректировка показала, что система даёт сбои. Вопрос в том, как часто такие сбои будут случаться.
О «НЕЗДОРОВЫХ ПРИВЫЧКАХ» ГЕРОЕВ
Логика, по которой выявляются «опас - ные» упоминания, порождает закономерный вопрос: где граница? Если маркировка требуется за упоминание наркотических и психотропных веществ, то что насчёт других зависимостей? Взять хотя бы Шерлока Холмса. Он не только употреблял «запрещёнку», что действительно подпадает под новый закон, но и постоянно курил — трубку, сигареты, порой с табаком самого крепкого сорта.
По современным медицинским меркам курение наносит колоссальный вред здоровью, а в России в частности вообще действует антитабачное законодательство. Если следовать строгой логике, произведения Конан Дойла должны были бы получить маркировку и за пропаганду никотиновой зависимости.
А дальше больше. Крокодил Гена из известной детской книги Эдуарда Успенского — персонаж, мягко говоря, не ведущий здоровый образ жизни. Он курит трубку, и это показано в тексте и на классических иллюстрациях. Многие дети выросли на этих историях, не воспринимая показанную привычку как руководство к действию. Но если применять тот же подход, что и к упоминанию наркотиков, «Крокодил Гена и его друзья» теоретически тоже могут оказаться в зоне внимания. А «Алиса в стране чудес» с волшебными грибами?.. Разумеется, закон прямо этого не требует — речь пока только о запрещённых веществах. Но сам принцип «увидел упоминание — наклей предупреждение» при последовательном применении расширяет поле почти до бесконечности.
ЧТО ЭТО МЕНЯЕТ ДЛЯ ЧИТАТЕЛЕЙПОДРОСТКОВ?
Библиотекарь, который не наклеит маркировку на книгу из списка, рискует крупным штрафом. А если наклеит — тот самый подросток, придя в отдел, увидит не просто обложку, а официальный знак: «Здесь что-то опасное». Любой психолог подтвердит: любопытство срабатывает почти всегда, стопроцентно. Книга, которая раньше бралась спокойно, теперь вызывает подозрение и повышенный интерес. Причём реальное содержание может быть куда безобиднее многих непромаркированных бестселлеров.
Сама по себе идея защитить детей и подростков от пропаганды наркотиков едва ли вызовет возражения. Но конкретно этот механизм — маркировка, привлекающая внимание, перестройка библиотечных фондов под угрозой астрономических штрафов и автоматическое включение классики в списки с последующим вычёркиванием — заставляет задуматься о том, насколько точно инструмент соответствует задаче.
Ярослава Бельмас
Фото автора
