Девяносто лет назад в Советский Союз вернулся Новый год — любимый всеми праздник, который отмечает каждый из нас. До того в течение примерно десяти лет Новый год, как и Рождество, был вначале на полулегальном, а затем и вовсе на запретном положении: праздники были исключены из календаря, выходные в эти дни отменены. Ёлку называли поповским обычаем, который призван «сделать из трудящихся послушных и терпеливых слуг капитала». За замеченные в доме ёлочные украшения можно было нарваться на серьёзные неприятности. С 1935 года Новый год легализовали, его главным персонажем вновь стал Дед Мороз, у которого с тех пор появилась постоянная спутница — внучка Снегурочка.

Празднование Рождества и Нового года стали явно ограничивать с середины 1920-х. А в 1929 году был введён официальный запрет на продажу праздничных ёлок с одновременным развёртыванием кампании против любых религиозных праздников.

«1930 лет гуляет по белу свету несуразная, нескладная рождественская сказка, состряпанная в угоду паразитам услужливыми лапами мракобесов на горе, на унижение угнетённых и обездоленных тружеников, на злое издевательство и надругательство над ними», — писали «Известия» в 1930 году. Однако столь жёсткие ограничения продержались недолго. 28 декабря 1935 года в газете «Правда» была опубликована статья «Давайте организуем к Новому году детям хорошую ёлку!», которую написал первый секретарь ЦК КП(б) Украины Павел Постышев.

«В дореволюционное время буржуазия и чиновники буржуазии всегда устраивали на Новый год своим детям ёлку. Дети рабочих с завистью через окно посматривали на сверкающую разноцветными огнями ёлку и веселящихся вокруг неё детей богатеев. Почему у нас школы, детские дома, ясли, детские клубы, дворцы пионеров лишают этого прекрасного удовольствия ребятишек трудящихся Советской страны?» — задавался вопросом Постышев. Из статьи следовало, что организацией возрождённого празднества отныне должны заниматься повсеместно.

«Не должно быть ни одного колхоза, где бы правление вместе с комсомольцами не устроило бы накануне Нового года ёлку для своих ребятишек. Горсоветы, председатели районных исполкомов, сельсоветы, органы народного образования должны помочь устройству советской ёлки для детей нашей великой социалистической Родины», — призывал Постышев.

По его словам, «неправильному осуждению ёлки, которая является прекрасным развлечением для детей, следует положить конец».

Понятно, что без одобрения высшего руководства страны в то время такие повороты были невозможны. Как вспоминал в своих мемуарах Никита Хрущёв, о возвращении Нового года Постышев заговорил на встрече с Иосифом Сталиным в Кремле, заявив, что «это была бы хорошая традиция, и народу понравилось бы». На прямой вопрос «А не вернуть ли детям ёлку?» Сталин ответил: «Возьмите на себя инициативу, выступите в печати, а мы поддержим». После чего и появилась знаменательная статья в «Правде».

Буквально на другой день после её публикации вышло Постановление пленума ЦК ВЛКСМ «О проведении вечеров учащихся, посвящённых встрече Нового года». В нём комсомольским организациям предписывалось организовывать «праздник ёлки новогодней». Там же излагалась примерная программа таких вечеров, включавшая игры, танцы, номера художественной самодеятельности. При этом выступления и доклады «по текущему вопросу» не допускались. Всё-таки детский праздник.

Вслед за этим 30 декабря газета «Пионерская правда» опубликовала передовицу «Устроим новогоднюю пионерскую ёлку». В ней в целом повторялись идеи статьи Павла Постышева с добавлениями о том, как старые большевики, и в первую очередь В. И. Ленин, любили праздник ёлки, а гонения на неё устраивали неразумные педагоги и родители.

Очевидно, что после периода фактического запрета первой проблемой нового праздника стал дефицит ёлочных игрушек. Конечно, собирали все уцелевшие. Многие побаивались извлекать свои «ёлочные клады» — мол, сегодня это разрешают, а завтра? На помощь пришли самоделки. Всё та же «Пионерская правда» 31 декабря 1935 года дала рекомендации по этому вопросу. Например, в статье предлагалось делать из воздушных шаров дирижабли и аэростаты, предварительно раскрасив их «по теме».

1 января 1936 года в центральной печати (газеты «Правда» и «Известия») появились фотографии ёлок с украшениями и детей под ними. Интересно отметить, что в новогоднем номере «Известий» был опубликован краеведческий очерк жившего тогда в нашем городе писателя Михаила Пришвина «Дубровский». Сам Михаил Михайлович 1 января 1936 года записал в дневнике: «1 января. Народ валил весь день из леса с ёлками (после 18 лет запрещения можно и порубить). Чувствовался глубокий перелом жизни, и пока в хорошую сторону».

В последующие новогодья писатель не будет столь оптимистичен… В течение 1936 года в стране спешно складывался ритуал праздника и ассортимент ёлочных украшений. Например, на обложке журнала «Крокодил» (декабрь 1936 года) мы видим канонический теперь образ Деда Мороза, одетого в шубу и шапку. Вскоре у него появилась постоянная спутница, внучка. Считается, что Снегурочка дебютировала на ёлке в Колонном зале Дома Союзов в 1937 году. В декабре 1937 года Мурзилка в детском журнале его имени рассказывал читателям о прочитанных им учебниках «Краткий курс новогоднего ёлководства» и «Всемирная ёлкография», после чего улетал отмечать Новый год к советским полярникам.

Стала складываться новогодняя литература — стихи, рассказы, в некоторых из которых предпринимались попытки создать биографию Деда Мороза. Итогом этих исканий стал выпущенный к новому, 1941 году подарочный сборник «Ёлка», где впервые после многолетнего забвения прозвучало имя создательницы текста песни «В лесу родилась ёлочка» Раисы Кудашевой (урождённой княгини Гедройц).

А первая ёлка в городе Загорске, на Советской (Красногорской) площади была установлена на новый 1937 год. Декорации к ней были выполнены по эскизам художника Владимира Ивановича Соколова. Тогда же на Вифанских прудах силами студентов и преподавателей Института птицеводства и мелкого животноводства (его называли «Куркрол», от слов «куры и кролики») были возведены первые в местной истории ледяные фигуры на темы русских народных сказок.

Алекс Рдултовский