«22 ноября. В Лавре снимают колокола, и тот в 4000 пудов, единственный в мире, тоже пойдёт в переливку. Чистое злодейство, и заступиться нельзя…»

Так Михаил Пришвин фиксирует в своём дневнике события зимы 1929–1930 годов, когда Троице-Сергиева лавра  — сердце Сергиева Посада и духовный центр России — лишается своего многовекового голоса. 

Древние гиганты падали один за другим, вонзаясь в мёрзлую землю. Колокол «Карнаухий», словно предчувствуя беду, рвал канаты и ломал домкраты. А «Царь», самый большой в стране, принял разрушительный удар от сброшенного на него «Годунова». 

Благодаря дневникам и снимкам Пришвина потомки смогли оценить масштаб принесённой жертвы и силу возрождения. Писатель описывает старого звонаря, который пришёл проститься с колоколом как с человеком, целуя холодный металл со словами: «Прощай, мой друг!». Для новой власти это была всего лишь бронза для подшипников... Но спустя десятилетия голос Лавры снова звучит над Сергиевым Посадом.

Напомним, ранее Фонд развития г. Сергиев Посад описывал фрагмент одного из колоколов, обнаруженного экспедицией Института археологии РАН в культурном слое монастыря. Почитать об этом можно здесь.